Седьмой галльский поход

По возвращении Цезаря в Галлию начинается, несмотря на кажущееся подчинение, сильное брожение среди галльских племён. Гнёт римских требований претил свободолюбивым галлам. Галлия, особенно северная, была спокойна только внешне. В этой сложной и напряженной обстановке ни одно галльское племя, за исключением, быть может, лишь эдуев и ремов, не могло считаться надежным. Цезарь считал подобное положение вполне естественным и объяснял его тяготами римского владычества. С целью предотвращения восстания в Галлии Цезарь решил придерживаться политики милосердия, основные принципы которой легли в основу всей его политики в будущем. Избегая чрезмерного кровопролития, он прощал раскаивающихся, считая, что живые и обязанные ему жизнью галлы, нужнее мёртвых.

Попытки сбросить с себя тяжёлую гегемонию начались не с общего восстания, а с местных выступлений. Не смотря на то, что Цезарь мог полагать, будто все меры предосторожности были приняты, случилось, что один из преданных ему людей, знатнейший вождь племени, обитавшего близ нынешнего Шартра, Тасгетий, в результате заговора нескольких карнутов был публично убит. Предки его были царями этого племени, он сам, по своему значению, храбрости и услугам, оказанным римлянам, был провозглашен Цезарем «царем» своего народа. Убийство его не могло остаться безнаказанным, и Цезарь приказал легату Планку с его легионом идти из Бельгии к Шартру, схватить и прислать к нему убийц.

Зима 54 г. обещала быть неспокойной, и Цезарь, расположив три легиона в окрестностях Самаробрива, нынешнего Амьена, сам остался с ними на всю зиму, чтобы быстро подавлять всякое новое восстание.

В год неудачного покорения Британии в кельтских землях случилась засуха, и, чтобы прокормить легионы, Цезарь разделил их и развел по разным округам. Но между легионами не существовало прочной связи.

Слишком широкое размещение Цезарем своей армии на зимних квартирах в северной Галлии – средоточии восстаний, было неблагоразумно и неосторожно и всеми военными писателями признается за большую ошибку, которая имела последствиями истребление целого легиона.
Самый восточный лагерь расположился на землях эбуронов (между Маасом и Рейном). Здесь и произошла первая вспышка восстания. Из-за удаленности легион был значительно усилен и поручен заботам сразу двух легатов: Квинта Титурия Сабина и Луция Аврункулея Котты.

После прибытия легиона на место галлы напали на солдат, рубивших лес. Затем последовала попытка взять штурмом римский лагерь, но успеха она не имела, римляне отбросили галлов от укреплений и одержали верх в конном бою.

Поняв, что силой римлян не взять, вождь эбуронов Амбиориг прибег к обману. Он явился в лагерь римлян для переговоров и объявил, что в этот день по всей Галлии римские лагеря подверглись нападению. Хуже всего легиону в краю эбуронов, так как против него спешит из- за Рейна большой отряд германцев, который прибудет через два дня. Амбиориг и эбуроны из дружеских чувств готовы дать уйти римлянам, чтобы те могли соединиться с ближайшим легионом. Поэтому он хочет исполнить долг благодарности и советует своему старому другу Титурию сняться с лагеря и присоединиться к какому-либо из близ расположенных римских легионов, и клятвенно обещает обеспечить римскому войску свободный и беспрепятственный проход через территорию, принадлежащую эбуронам.

Римские воины (слева направо): легат, центурион, легионер со знаком легиона.

Римские воины (слева направо): легат, центурион, легионер со знаком легиона.

Мнения легатов разделились: один предлагал оставаться в лагере, второй — воспользоваться советом галлов и двигаться на соединение с ближайшим легионом. Был созван военный совет. Аврункулей Котта и большая часть военных трибунов считали, что без приказания Цезаря нельзя сниматься с лагеря и что они способны устоять перед любым штурмом. После долгих споров взяло верх мнение Титурия Сабина, который считал необходимым покинуть зимние квартиры, с той оговоркой, что он отнюдь не следует советам врага, а исходит из реальной обстановки.

На рассвете следующего дня римляне удалились на две мили от покинутого лагеря и вошли в узкую котловину. Вдруг спереди и сзади возникли многочисленные отряды галлов, слева и справа в римлян полетели копья, камни, стрелы. На высоте своих позиций эбуроны оставались неуязвимыми. В завязавшемся сражении все преимущества оказались на стороне эбуронов, римское войско было застигнуто врасплох.

Сабин, склонивший римлян к роковому походу, отказывался верить в столь чудовищное вероломство, требовал встречи с Амбиоригом. И вождь эбуронов откликнулся на зов легата. С высокого холма он жестом пригласил военачальника римлян к себе. Долго Сабин карабкался на крутой холм, цепляясь за ветки деревьев и кустарников. Лишь только военачальник и сопровождавшие его центурионы поравнялись с густой цепью эбуронов, все они были перебиты.

Художник Angus McBride Художник Ангус МакБрайд (Angus McBride) Галлы

Художник Angus McBride Художник Ангус МакБрайд (Angus McBride) Галлы

Смерть легата внесла еще большую панику в ряды римлян. Луций Аврункулей Котта под градом камней и снарядов метательных орудий попытался вывести римлян обратно в лагерь. Большинство воинов, в том числе и сам второй легат, погибли в котловине. Лишь небольшой части легионеров удалось вернуться в покинутый лагерь. Вследствие своей малочисленности они не могли защититься, при подходе эбуронов все бросились на собственные мечи или перебили друг друга. В походе эбуроны напали на врага из засады и застигли римские легионы врасплох, истребив около семи тысяч солдат.

Вина во всем этом падает преимущественно на Сабина, но также и на Котту, поровну разделявшего с ним власть, и особенно на Цезаря, который не вверил одному из них главное начальствование. От этого произошло несогласие между обоими легатами.

После уничтожения войска Титурия и Коты, Амбиориг усиленными переходами прошел через земли атуатиков и нервиев, поднимая их за собою на восстание. Треверы и эбуроны соединились с адуатуками и нервиями. Все вместе они осадили легион Квинта Цицерона, брата знаменитого оратора Марка Туллия Цицерона, на его зимних квартирах. Тщетно старался Цицерон уведомить Цезаря через гонцов об опасности, в которой находился: все пути были отрезаны и все гонцы перехвачены.

Галлы окружили лагерь Цицерона со всех сторон земляным валом и рвом, дегтярными шарами зажгли шалаши и землянки римлян и со всех сторон пошли на приступ их лагеря. Но римляне оборонялись так мужественно и упорно, почти каждый десятый солдат был ранен, что галлы были отбиты с большим для них уроном. Кроме того, Цицерону удалось, наконец, известить Цезаря. С двумя легионами Цезарь быстро двинулся к нему на помощь. Но лишь только нервии узнали о приближении Цезаря, они сняли осаду лагеря Цицерона и обратились против него.

Осознавая всю опасность открытого столкновения с 60-тысячной армией противника, Цезарь силами своих 7 000 солдат приступил к сооружению лагеря, чтобы под прикрытием его валов ожидать помощи от других легионов, либо, выбрав удобную позицию, разбить превосходящие силы врага. Характерными чертами тактики Цезаря являлись детальное изучение противников, тщательная разработка замысла сражения. В военных действиях он никогда не руководствовался эмоциями, а действовал в соответствии с голосом разума. Кроме того, Цезарь использовал принцип внезапности и учитывал особенности рельефа местности. Расчеты его оправдались: галлы, будучи слишком уверены в своем превосходстве, допустили большую ошибку — заняли невыгодное для битвы место. Но Цезарь продолжал выжидать и только когда галлы стали засыпать ров и взбираться на вал, Цезарь неожиданно вывел из многочисленных лагерных ворот своих солдат и стремительным ударом отбросил галлов назад. Побросав оружие и потеряв большое число убитыми, галлы отступили в ближайшие леса и болота. Путь к Цицерону был открыт, и в тот же день Цезарь соединился с ним. Цезарь не стал никого преследовать, чтобы не подвергать уставшие войска испытаниям тяжелой галльской зимы. Общее восстание галлов было предотвращено.

В прирейнской части Галлии одним из главных инициаторов движения оказался вождь племени треверов Индуциомар, у которого назревал конфликт с Цезарем еще перед экспедицией в Британию. Индуциомар всячески стремился привлечь на свою сторону германцев из-за Рейна, но это ему не удавалось. А многие галльские племена охотно откликнулись на его призыв. Индуциомар созывает вооруженный съезд. По галльским представлениям такой съезд равносилен началу военных действий: на него обязаны собраться все взрослые мужчины в полном вооружении, причем, по обычаю, кто является последним, того на глазах у всех подвергают мучительной казни. На этом съезде Цингеторикс, зять Индуциомара, бывший сторонником Цезаря, был провозглашен врагом, его имущество конфисковано.

Индуциомар заявляет, что он через страну ремов намерен направиться на соединение с сенонами, а по дороге штурмовать и разгромить лагерь Лабиена, легион которого был размещен в стране ремов на границе с треверами (в районе Седана). Подступив к лагерю, они стали вести себя вызывающе, галлов возглавлял сам Индуциомар. Он почти ежедневно разъезжал со своей конницей возле лагеря, всадники его метали копья через вал, вызывая римлян на бой. Более того, уже был намечен день штурма, но победа Цезаря заставила его отступить на территорию своей общины. Но это отступление не значило, что восстание треверов угасло или было подавлено: Индуциомар хотел лишь выиграть время и более тщательно подготовиться к борьбе. Выждав несколько дней и не отвечая на провокации неприятеля, Лабиен улучил такой момент, когда галльский отряд во главе со своим вождем врассыпную и без всякого порядка начал удаляться от лагеря. Тогда по его сигналу из обоих лагерных ворот вылетела конница и ринулась в погоню за галлами. Был дан строгий приказ: настичь и поразить Индуциомара. За его голову Лабиен назначил крупную награду. При попытке переправиться через реку Индуциомар был убит и его голова доставлена в лагерь.

Возвращаясь, всадники нагоняли и рубили всех, кого только могли. Галлы понесли большие потери. При известии об этом сражении эбуроны и нервии распустили свои войска, и в стране наступило на некоторое время затишье.

Остаток зимы Цезарь употребил на то, чтобы пополнить поредевшие ряды новыми легионерами и запастись продовольствием. Это было крайне важно, так как Цезарь предполагал не давать галлам объединиться, а покорять отдельные племена и союзы поодиночке. Принцип «разделяй и властвуй» выполнялся Цезарем неукоснительно. Едва начали треверы создавать союз против римлян, привлекая на свою сторону нервиев, адуатиков, менапиев, а также свевов и Амбиорикса, как Цезарь нападает на нервиев, грабит их землю, уводит людей и скот и принуждает этот народ к подчинению. Точно таким же образом склоняет он на свою сторону сеннонов и карнутов. Создать единую армию, способную противостоять Риму, восставшие так и не сумели.

В начале весны Цезарь, по обыкновению, собрал общегалльский съезд. На него явились все, кроме сенонов, карнутов и треверов. Рассматривая их отсутствие как сигнал к неповиновению и восстанию, Цезарь перенес свою главную квартиру и продолжение съезда из Самаробривы в город парисиев Лютецию (Париж). Это галльское племя было соседями сенонов, но в восстании не участвовало.

Заявив на съезде о своем отношении к восставшим, Цезарь в тот же день выступил против сенонов, т. к. до него дошли собщения, что главарь и инициатор движения Аккон пытался организовать сопротивление и приказал сельскому населению собраться под защиту городов. Это распоряжение не было исполнено, выяснилось, что римляне уже поблизости.

Тогда сеноны отказались от прежних намерений и направили к Цезарю посольство с просьбой о помиловании. Ходатаями за них были эдуи, под покровительством которых они состояли. Сюда же направили своих послов и карнуты, которым оказывали покровительство ремы. Цезарь, имея в виду более серьезные военные действия, не стал много времени тратить на расследование, но расправился с обычной жестокостью над теми, чьи имена удалось установить. Зачинщика заговора вождя карнутов Аккона казнили по обычаю предков: обреченного на смерть привязали к столбу, голову его вложили в вилообразное приспособление и секли розгами до смерти, затем ликтор обезглавливал тело топором. Жителей общин, отказывавшихся сдаться при подходе легионов, в полном составе продавали в рабство или в некоторых случаях даже уничтожали.
Усмирив таким образом северо-восток Галлии, Цезарь все внимание сосредоточил на главной задаче — войне с треверами и Амбиориксом. Борьба с последним имела для него особое, даже личное значение. Он был связан клятвенным обещанием. С тех пор как Цезарь узнал о гибели лагеря Сабина и Котты, он надел траурную одежду и поклялся снять ее лишь тогда, когда отомстит за гибель своих легионеров, не павших в честном бою, а предательски убитых.

Но Амбиорикс был не одинок, ему сочувствовали менапии и треверы, которые употребили зимнее время также на значительные вооружения и склонили нервиев, атуатиков, менапиев и соседних германцев к общему с ними восстанию. Кроме того, сенноны и карнуты, не приславшие, представителей своих общин на собрание в Лютеции (ныне Париж), также готовились к действиям против римлян.
Зная, что Амбиорикс будет постоянно уклоняться от боя с ним в открытом месте, Цезарь решил прежде напасть на земли менапиев, союзников эбуронов и Амбиорикса, и тем лишить последнего убежища в их лесах и болотах. Он быстро и неожиданно вторгся 3-мя колоннами в земли менапиев и разорением их принудил их просить мира при условии признать Амбиорикса и его союзников врагами. Оставив в землях менапиев атребата Коммия с частью конницы, с остальными войсками он обратился против треверов, угрожавших лагерю Лабиена
После смерти Индуциомара треверы успокоились не сразу, под влиянием агитации родственников погибшего Индуциомара они решили снова напасть на Лабиена и собрали довольно крупные силы. Они уже подступив к его лагерю и узнав, что Лабиен получил от Цезаря подкрепление (в составе двух легионов), остановились на расстоянии около 100 верст от него, и, разбив свой лагерь стали ожидать прибытия германских вспомогательных войск. Лабиен первым выступил против них и с помощью военной хитрости (притворного отступления и затем обратного нападения) разбил их наголову.

Художник Mariusz Kozik Римский легион в Германии

Не ожидавшие такого оборота треверы не выдержали первого же натиска и обратились в беспорядочное бегство. Лабиен преследовал их со своей конницей, многих перебил, многих взял в плен, а еще через несколько дней снова покорил всю их область. Германские отряды, спешившие треверам на помощь, узнав об исходе сражения, вернулись домой. Туда же бежали родственники Индуциомара, опасаясь встречи с римлянами. Верховная власть над треверами была вручена Цингеториксу, ибо он во время всех этих событий оставался верен римлянам «с самого начала и до самого конца».

Угнетённый народ постоянно готов восстать, то в одном, то в другом племени власть захватывают вожди народных масс. Эти вожди лишают знать её могущества, освобождают народ от долгов и таким образом усиливают свои войска. Опираясь на военную силу, они стремятся к объединению всей Галлии, знать боится и ненавидит этих вождей даже больше, чем римлян. Если бы не помощь богачей, Галлия не была бы завоёвана так быстро и легко.

Прибыв из области менапиев к треверам, Цезарь решил снова переправиться через Рейн. Такой поход диктовался двумя причинами: во-первых, именно отсюда были высланы треверам вспомогательные отряды, а во-вторых необходимостью отрезать Амбиориксу путь к германцам. Через Рейн был построен мост выше того места, где был сооружен первый. Оставив для его охраны отряды войск, Цезарь отправился в земли свевов.

Оставив на территории треверов значительный отряд для охраны моста, а также для предупреждения новых волнений, Цезарь с остальными войсками перешел на другой берег Рейна. Германское племя убиев, которое еще раньше изъявило покорность и выслало Цезарю заложников, просило пощады, подчеркивая свою невиновность. Помощь треверам оказывало племя свевов. Свевы, получив сведения о римской армии, ополчили все свое, способное носить оружие население и отступили к отдаленным пределам своих земель в Гарц, к самым отдаленным границам страны, к непроходимым лесам. Длинное пространство от пределов убиев до дремучих лесов свевов, разоренное последними, было совершенною пустыней, и Цезарь, опасаясь недостатка на нем продовольствия для своей армии, решил вернуться обратно за Рейн.
Но чтобы германцы опасались его возвращения и не могли больше высылать вспомогательные отряды галлам, Цезарь приказал частично разобрать мост со стороны убиев, выстроил на его оставшейся части четырехэтажную башню, заложил сильное предмостное укрепление и оставил для его охраны и прикрытия Волкация Тулла с 12 когортами.
Оставалось решить последнюю и главную задачу текущей кампании — отомстить Амбиориксу и эбуронам. Цезарь оставил Цицерона с 14-м легионом для охранения всех тяжестей армии в Атуатуке, Лабиена с 3-мя легионами послал в земли менапиев, Требония с 3-мя же легионами – для разорения земель атуатуков , а сам с остальными 3-мя легионами двинулся против Амбиорикса. Он обещал вернуться через 7 дней и к тому же времени, по возможности, приказал Лабиену и Требонию прибыть к Атуатуке.

Цезарь двинулся через Ардуеннский лес, простиравшийся на пятьсот с лишним миль от берегов Рейна и границы треверов до области нервиев. Вперед была выслана вся конница, под командованием Л. Минуция Басила, и перед нею поставлена задача: двигаясь быстро и скрытно, захватить самого Амбиорикса. Цезарь запретил ему даже разводить костры во время стоянок. Базилий дошел почти до самого места пребывания Амбиорикса, но Амбиорикс в сопровождении нескольких верных ему всадников, скрываясь в лесах и пещерах, с большим трудом успел спастись от преследовавшей его римской конницы и ушел в неизвестном для Цезаря направлении.

  Памятник Амбиоригу в Тонгерене (Бельгия)

Проконсул, не сумев пленить вождя, решил лишить его народа, «истребить весь этот преступный сброд». Дав возможность эбуронам увидеть гибель всех союзников, он разослал по соседним общинам гонцов, вызывая всех, рассчитывающих на добычу, грабить эбуронов. Цезарь стремился расправиться с эбуронами как можно более жестоко, чтобы впредь ни у кого из галльских народов не возникало желания восстать. Все селения и дворы, какие только попадались на глаза, были сожжены, все было разграблено, хлеб на полях съедало множество вьючных животных и людей, а если кому-нибудь и удавалось укрыться, то всем таким людям грозила неминуемая смерть от голода. На призыв Цезаря откликнулось множество галлов: некоторые рассчитывали найти себе добычу, иные, таким образом, выразили свою покорность Цезарю в надежде спасти свои народы от участи эбуронов. Пришли племена, еще недавно считавшиеся союзниками эбуронов в сражении за лагерь Квинта Цицерона. Из-за Рейна на кораблях и плотах прибыл отряд не знающих жалости разбойников — сугамбров, переправившихся через Рейн, ниже римского моста, и в числе прочих награбивших большую добычу. Один из плененных ими эбуронов предложил им двинуться к Атуатуке, где все тяжести и запасы римской армии охранялись слабым отрядом римских войск. Сикамбры послушались и двинулись к Атуатуке. Цицерон, не опасаясь никакого нападения в разоренном Цезарем краю, и нуждаясь в продовольствии, по истечении 7 дней выслал на ближайшие засеянные поля скосить хлеб 5 когорт, к которым присоединились нестроевые и выздоровевшие, в надежде на добычу. В это самое время сикамбры внезапно появились с другой стороны – из-за леса перед лагерем Цицерона и привели слабый гарнизон его в ужас. Сикамбры же, увидав возвращавшиеся с косьбы когорты, обратились против них. Последним удалось после упорного боя пробиться, хотя и с уроном, в свой лагерь. Сикамбры удалились за Рейн.

Хотя и со значительными трудностями восстание все же удалось подавить, но только после того, как римляне предали регион опустошению. Эбуроны и их союзники подверглись почти полному уничтожению. Земля эбуронов с некогда богатыми поселениями превратилась в пустыню, много народа перебили, многих взяли в плен. Старейший вождь эбуронов Катуволк покончил с собой.
Цезарь, понесший во время этого похода 2 когорты урона Атуатуке, воротился в Дурокортор , в землях ремов. Затем, расположив 6 легионов в землях сеннонов, 2 — в землях тревиров, 2 — в землях лингонов, отправился в Италию.

Восстание Амбиорига провалилось, но оно стало крупным ударом по слаженной стратегии Цезаря. Это не прошло незамеченным прочими племенами, которые начинали осознавать, что они смогут сообща противостоять все возраставшему римскому давлению.
В действиях Цезаря против восстававших племен можно видеть искусную политику и наиболее действительную тактику, заключающуюся в стремительном наступлении против отдельных отрядов галлов и поражении их раньше, чем эти отряды успеют собраться в большую армию.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *